С этими словами повелительница павианов вытянула руку, и я мягко пожал её, взяв в ладони.

- У вас немного расстроенный вид, - заметил я.

- Мне необходимо увидеться с Ниро Вулфом, причем немедленно, пока я не передумала, - сказала она, не сводя с меня глаз. - Я влипла в препоганейшую историю, но могу выпутаться, если уговорю Ниро Вулфа мне помочь.

Я ответил, что едва ли она сумеет встретиться с Вулфом до окончания приема. Гостья огляделась и спросила:

- Сюда могут войти?

- Нет, не могут, - ответил я.

- Можно мне ещё глоток?

Я ответил, что сначала ей нужно успокоиться, и девица не стала возражать, но поднялась и налила себе сама. Я нахмурился, сел и принялся наблюдать за ней. Должен признаться, девица производила несколько странное впечатление. Едва ли она состояла в клубе любителей цветов. Снова опустившись в кресло, она посмотрела на меня и задумчиво проговорила:

- А может, вам рассказать?

- Многие так и делают, - скромно ответил я. - Ладно, рассказывайте.

- Ну что ж... Меня могут обвинить в мошенничестве.

- Да? И чем вы занимаетесь? Передергиваете в канасту?

- Я не о шулерстве, - нервно кашлянув, сказала девица. - Напомните мне как-нибудь, чтобы я поведала вам историю своей жизни. О том, что мой муж погиб на войне, и мне пришлось опуститься до мошеннических трюков. Ну, что, распалила я ваше любопытство?

- Еще как распалили. Так чем же вы занимаетесь? Хищениями орхидей?

- Нет. Раньше я думала, что плохо быть бедной и нечестной, но однажды мне пришлось убедиться, что не все так просто. Жизнь сводит с разными людьми, иногда подпадаешь под их влияние. Два года назад я и трое моих партнеров вытянули сто тысяч долларов у одной зажиточной особы. Могу рассказать, как мы это сделали, даже назвать имена. Едва ли облапошенной даме придет в голову откровенничать.

Я кивнул.

- Жертвам шантажа это не свойственно.